Все ли болеют туберкулезом в тюрьме

Содержание
  1. Статья дня: «Тюрьма стерилизует»: как (не) лечат заключенных
  2. Кого могут оставить на воле
  3. Как лечат заключенных
  4. Как (не) лечат политзаключенных
  5. Как умирают заключенные
  6. Причины туберкулеза
  7. Этиология заболевания
  8. Пути заражения
  9. Факторы, влияющие на развитие болезни
  10. Причины поражения легких
  11. Первичная инфекция
  12. Вторичная инфекция
  13. Появление внелегочного туберкулеза
  14. Нервная система
  15. Костно-суставный туберкулез
  16. Мочеполовая система
  17. Поражение кожи
  18. Заражение ЖКТ
  19. Психосоматика инфекции
  20. Причины рецидивов
  21. Генетический аспект
  22. В российских тюрьмах последствия коронавируса могут оказаться катастрофическими мы спросили экспертов, что с этим делать и не нужно ли выпустить заключенных
  23. Альберт Зарипов
  24. Ева Меркачева
  25. Анастасия Коптеева
  26. Как борются с туберкулёзом в местах лишения свободы
  27. Сомнительные перспективы
  28. Ближайшие – в Краснодаре

Статья дня: «Тюрьма стерилизует»: как (не) лечат заключенных

Все ли болеют туберкулезом в тюрьме

Курс валют предоставлен сайтом old.kurs.com.ru Статья дня :: блог Z Все блоги Ветеринары вместо врачей, шантаж лекарствами и суицид как способ пройти обследование — это реальные условия жизни заключенных в России.

ОВД-Инфо рассказывает, чем и почему болеют в СИЗО и колониях, как там лечат и на какую помощь могут рассчитывать политзаключенные.

Самое распространенное среди заключенных инфекционное заболевание — туберкулез.

Он очень быстро распространяется в таких местах из-за ослабленного иммунитета арестантов и осужденных. Юрист «Руси Сидящей» Мария Чащилова объяснила ОВД-Инфо, что это, в первую очередь, связано с окружающей средой: камеры обычно сырые и холодные, часто еще и с плесенью.

К тому же заключенных плохо кормят, что тоже сказывается на их сопротивляемости инфекции.

После заражения туберкулез может долго протекать без серьезных симптомов — иногда человек несколько месяцев просто кашляет. Поэтому для выявления болезни на ранней стадии необходимо регулярное обследование.

Лечится туберкулез тяжело и долго. Согласно Большой медицинской энциклопедии (БМЭ), в среднем выздоровление после начала лечения наступает через год. И это при хорошей комплексной терапии, важная часть которой — образ жизни и питание. Если не диагностировать туберкулез вовремя, болезнь может привести к осложнениям и летальному исходу.

На втором месте в списке самых частых болезней — вирус иммунодефицита человека (ВИЧ), в том числе и на последней стадии — СПИД.

ВИЧ можно заразиться, например, при незащищенном сексе или использовании нестерилизованных шприцев, игл и других предметов, которые соприкасаются с кровью.

По мнению Чащиловой, в заключении чаще всего заболевают потребители наркотиков: шприцы стоят дорого, поэтому одну иглу могут делить между собой сразу несколько заключенных.

Распространенность вируса связана и с низким качеством диагностики, а иногда и полным ее отсутствием. При доставлении в СИЗО у арестованного обязаны взять основные анализы — на ВИЧ, сифилис, гепатит.

Через шесть месяцев врачи должны сделать повторные тесты, так как в течение полугода после заражения анализы могут не показать наличие инфекции.

Чащилова утверждает, что часто сотрудники ФСИН проводят только первичное исследование или вообще не проводят ни одного.

Третье место по распространенности занимает цирроз — заболевание, при котором происходит деформация и изменение ткани определенного органа. С течением времени болезнь приводит к нарушению работы каждой системы организма. Некоторые виды заболевания, например, цирроз печени, могут закончиться смертью.

Считается, что в циррозе печени всегда виноват алкоголь. Однако к циррозу может привести неправильное лечение другого заболевания или просто низкое качество жизни. Кроме того, цирроз часто возникает на последней стадии гепатита.

Юрист называет «классической» ситуацией возникновение у заключенного всех трех перечисленных заболеваний сразу. Сотрудница Центра содействия реформе уголовного правосудия Валентина Фридман отмечает, что в основном арестанты и осужденные сталкиваются с менее серьезными, но всё же неприятными заболеваниями. Это, в первую очередь, грипп и ОРВИ.

Практически каждая женщина в СИЗО или колонии сталкивается с гинекологическими проблемами разной степени серьезности. Связано это, в первую очередь, с холодом. Чащиловой известно, что иногда в СИЗО девушек заставляют сидеть на бетонном полу, а в колониях — в мороз идти до бани в одном белье.

Фигурантка дела «Нового величия» Анна Павликова во время перевозки из суда в СИЗО застудила яичники. По словам ее матери Юлии Павликовой, девушку везли в неотапливаемой машине с железной скамьей. Когда Анна попала на осмотр к местному гинекологу, та сказала ей: «Ну, а что? Тюрьма стерилизует».

Гинекологические проблемы появились и у Марии Дубовик — другой обвиняемой по тому же делу. Ее мать Наталья Дубовик рассказала, что у Марии также ухудшилось зрение — за время ареста показатель «минус два» сменился на «минус пять с половиной».

Обеим девушкам уже на воле врачи объяснили, что заболевания связаны не только с условиями содержания, но и с перенесенным стрессом. Ане даже диагностировали синдром раздраженного кишечника — заболевание, связанное в основном с эмоциональным напряжением и некачественным питанием.

Известно, что сильный и продолжительный стресс нарушает работу почти всех систем организма, а также снижает иммунитет, то есть повышает вероятность заражения любым инфекционным заболеванием.

Кого могут оставить на воле

Существуют перечни заболеваний, с которыми подозреваемого или обвиняемого могут не поместить в СИЗО, а осужденного — отпустить из колонии. Эти два списка примерно похожи, хотя тот, который касается колонии, насчитывает больше пунктов. Нормы, которая обязывает суды отпускать тяжело больных людей, не существует. Закон оставляет это решение на усмотрение судьи.

В обоих документах речь идет о заболеваниях, которые уже находятся уже в терминальной стадии или близкой к ней. Например, о том же туберкулезе или ВИЧ, хотя на поздних стадиях они не всегда поддаются лечению даже на воле. То есть человека отпускают на свободу, только когда болезнь с большой вероятностью закончится смертью.

Закон называет не так много конкретных диагнозов. Чаще он просто отмечает, что людей с «тяжелой формой заболевания» той или иной системы организма стоит оставить на воле, если им требуется специфическое лечение, которое нельзя получить в месте отбывания наказания или ареста. Речь может идти, например, об операции, химиотерапии или лучевой терапии.

Правозащитники отмечают, что иногда суд выносит решения не в пользу больного. Мария Чащилова рассказала о наркопотребительнице, которую приговорили к пяти с половиной годам лишения свободы, несмотря на крайне тяжелую форму ВИЧ. Произошло это просто из-за ошибки следствия, которое не отправило запрос наркологу и не провело медосвидетельствование.

Валентина Фридман одной из главных проблем называет зависимость судей от правоохранителей. Кроме того, медицинская комиссия, обследующая больного, находится под влиянием других сотрудников ФСИН. Поэтому власти могут оказывать давление как на судей, так и на врачей.

По словам правозащитницы, иногда судья может оставить больного в заключении даже из лучших побуждений. К примеру, на свободе его может уже никто не ждать, и тогда позаботиться о тяжело больном человеке будет некому.

Как лечат заключенных

Проблемы с получением медицинской помощи начинаются уже на стадии попыток обратиться к врачу. Принято считать, что в СИЗО условия пребывания гораздо жестче, чем в колонии. Однако с медицинской помощью всё обстоит ровно наоборот.

В СИЗО руководство раз в неделю обходит камеры, и во время этого посещения арестант может передать заявление на получение медпомощи. Чащилова отмечает: «Не всегда проблема решается с первого раза. Но если долбать заявлениями, то не исключено, что помогут».

В колонии дела обстоят сложнее, объясняет юрист: «Если ты заболел, то идешь в медсанчасть, стоишь очередь. Чаще всего большую, иногда на морозе. Попадая к врачу, сталкиваешься с отсутствием специалистов, оборудования и препаратов.

Если сильно плохо и стоять не можешь, попадаешь в лечебно-исправительное учреждение, и тут остро встает вопрос размещения. Могут госпитализировать в одну палату с осужденными с открытой формой туберкулеза, например.

И вопрос гигиены: еду приносят в посуде, из которой ели люди с открытой формой туберкулеза, и уверенности в ее чистоте нет».

Если есть необходимость в стационарном лечении, арестантов обычно помещают в больницу при СИЗО, осужденных — в медсанчасть колонии или ЛИУ (лечебно-исправительное учреждение). В гражданские больницы, отмечает Чащилова, людей госпитализируют только в исключительных случаях — например, при получении травмы.

По словам юриста Правозащитного центра «Мемориал» Константина Бойкова, работавшего раньше врачом, многие арестанты и осужденные специально наносят себе серьезные повреждения, чтобы получить медицинскую помощь: прямая угроза жизни — показание для немедленной госпитализации.

В беседе с ОВД-Инфо он перечислил несколько способов самоповреждения, доступных заключенным: режут руки, глотают иголки, выпивают слишком много таблеток аспирина, чтобы вызвать внутреннее кровотечение. По опыту Бойкова, такие попытки нередко заканчиваются несчастными случаями: «Вот человек режет себе руки. Если он маленький порез сделает, то его просто перебинтуют и никуда не положат.

А если сделает глубокий, то неизвестно, сколько крови вытечет, это очень сложно рассчитать. Иногда не спасают».

В местных больницах подозреваемые, обвиняемые и осужденные сталкиваются с рядом проблем. Первая — отсутствие необходимых препаратов и оборудования. Наталья Дубовик отмечает, ее дочери в изоляторе давали обычные обезболивающие, чтобы на время убрать симптомы болезни, однако никто не работал с источником боли.

Правозащитники рассказывают, что ВИЧ-положительным, к примеру, нужны дорогие тесты и другие комплексные исследования, которые невозможно провести в СИЗО, колонии или ЛИУ. А инсулинозависимым диабетикам местные врачи могут просто не достать подходящего или привычного инсулина.

Вторая проблема — нехватка хороших специалистов. Юлия Павликова рассказала, как в СИЗО ее дочери пришлось объяснять врачу, где находятся почки. Позже, по ее словам, выяснилось, что местный врач раньше работал ветеринаром.

Константин Бойков считает, что ФСИН нуждается в дополнительном финансировании и расширении штата специалистов.

Сейчас, по его словам, даже если в учреждении работает хороший врач, у него просто не хватает времени на тщательное обследование и лечение всех больных.

По мнению Фридман, проблемы здравоохранения ФСИН не стоит отделять от плачевной ситуации во всей российской медицине.

Закупка дешевых неэффективных лекарств, снижение уровня образования врачей, отсутствие общероссийского списка устаревших медикаментов, комплексных обследований, обязательной вакцинации — эти аспекты сказываются не только на заключенных, но и на остальной части населения.

Правозащитница считает, что было бы правильным оставить в ведении ФСИН только первичную медпомощь и уход за умирающими людьми, а всё остальное передать гражданской медицине и решать проблемы на глобальном уровне.

Как (не) лечат политзаключенных

Даже самые лучшие врачи находятся в прямой зависимости от руководства учреждения. Поэтому иногда происходит так, что арестантам и осужденным нарочно не оказывают медицинской помощи. В политических делах такие ситуации — не редкость.

У фигуранта дела «Сети»(*) Армана Сагынбаева еще до ареста диагностировали серьезное хроническое заболевание — ему нужно принимать определенные препараты, просто чтобы не умереть.

Его мать рассказывала, как следователь уговаривал ее дать интервью НТВ, в случае отказа угрожая ограничить юноше доступ к лекарствам. Женщина поговорила с журналистами, однако позже Сагынбаеву на какое-то время всё же перестали выдавать препараты.

Сотрудники СИЗО заявляли, что «не могут найти» выписанное ему назначение.

Бывает так, что человек получает травму или заболевает в результате действий сотрудников ФСИН. Например, когда его избивают или пытают. В таких случаях, по словам Чащиловой, шансы на оказание медпомощи есть, только если потерпевший получил переломы или другие ярко выраженные травмы.

Но иногда даже этого недостаточно. Однажды юрист работала с делом, в котором у мужчины после регулярных избиений разорвалась почка. Его доставили в медсанчасть только через сутки, когда он уже стал систематически терять сознание.

Осужденный правозащитник Сергей Мохнаткин рассказывал, что не смог получить медицинскую помощь после того, как его избили сотрудники колонии. Сначала его отказались принимать в медсанчасти, затем всё же этапировали в больницу ФСИН, но не сделали МРТ и не выполнили другие назначения врачей. Мохнаткин утверждал, что из больницы его выписали в таком состоянии, что он не все помнил от боли.

У фигуранта дела «Сети»(*) Дмитрия Пчелинцева и обвиняемого по делу «Крымских диверсантов» Евгения Панова в СИЗО появились проблемы с зубами.

Оба утверждают, что зубы сломались после пыток электрическим током.

И оба не получили медицинской помощи: Пчелинцев рассказывал, что медицинские осмотры в изоляторе проводятся формально, а мать Панова вообще говорила об отсутствии в СИЗО врачей и лекарств.

Как умирают заключенные

В феврале замдиректора ФСИН Валерий Максименко заявил, что в СИЗО и колониях появятся паллиативные палаты для смертельно больных. Речь идет о специальных помещениях, в которых врачи уже не будут лечить саму болезнь, а будут только подавлять ее симптомы, снимать боль и ухаживать за умирающим.

Сейчас на терминальной стадии болезни человека могут отпустить, но для этого учреждению нужно отправить документы в суд и дождаться его разрешения. Максименко признал, что арестанты и осужденные часто умирают еще до окончания этой процедуры. По словам чиновника, в 2018 году вернуться домой не успели 732 человека.

Однако Фридман считает, что количество судебных решений в пользу заключенных хоть и медленно, но растет. По ее мнению, это происходит, во-первых, благодаря огромному количество жалоб в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ).

Во-вторых, благодаря рекомендациям Комитета против пыток Совета Европы — теперь у ФСИН есть установка снижать количество смертей в местах лишения свободы. Делать это можно либо с помощью качественного лечения заключенных, либо освобождая смертельно больных до их гибели.

Второй способ пока что остается для ФСИН более доступным.

В течение 2019 года ФСИН планирует создать палаты, в которые людей будут переводить, пока они ждут решения суда. Первая хосписная палата уже появилась в краевой туберкулезной больнице Красноярска, которая находится под ведомством ФСИН. Однако во всех остальных регионах лечебно-исправительные учреждения так и остаются последними палатами смертельно больных.

(*)-организация (группировка) запрещена на территории РФ

Оригинал

Источник: https://echo.msk.ru/blog/statya/2435047-echo/

Причины туберкулеза

Все ли болеют туберкулезом в тюрьме

Причины и симптомы туберкулеза – это то, на что следует обратить внимание в первую очередь. Туберкулез является опасным инфекционным заболеванием, лечение которого следует начинать незамедлительно.

Существует огромное количество всевозможных вирусов и инфекций, которые не удается победить медицине. Изобретаются лекарства и новые способы лечения, но полностью купировать бактерию на данный момент невозможно. Одной из таких болезней и является туберкулез.

Лечить его научились давно, но полностью избавиться от болезни медикам так и не удалось. Заболеть может абсолютно каждый человек, вне зависимости от пола, возраста и условий жизни. опасность возникновения туберкулеза заключается в том, что он трудно выявляется на ранних стадиях.

Рассмотрим этиологию и механизм заболевания.

Этиология заболевания

Возбудителем туберкулеза являются микобактерии (бактерии рода Mycobacterium). Всего насчитывается 74 вида этих бактерий. Они распространяются и переносятся в воде, почве, среди животных и людей. Возбудитель заболевания – палочка Коха, зачастую, человеческого типа. В среднем, живучесть палочки Коха в организме – 30 лет.

Из-за неправильного или некачественного лечения туберкулеза легких, микобактерии могут проявлять защитную реакцию к лекарствам, направленным на их уничтожение.

Также они могут видоизменяться, что усложнит дальнейшую диагностику организма.

Если пациент прекратит лечение до того, как все бактерии погибнут, то оставшиеся микроорганизмы могут мутировать и передаваться другим людям в неустойчивой форме.

Туберкулез, который вызван различными видами микобактерий, отличен между собой. Главный видовой признак микобактерий болезни – патогенность. Сама патогенность проявляется в вирулентности, которая существенно изменяется в зависимости от факторов окружающей среды. Также, она может по-разному проявляться в зависимости от состояния макроорганизма, который заражен бактерией.

Пути заражения

Основной источник заражения человека микобактериями – люди с открытой формой туберкулеза. То есть те люди, которые выделяют бациллы Коха во внешнюю окружающую среду.

Больной человек вместе с мокротой при чихании, кашле или простом разговоре выделяет миллионы бактерий, которые распространяются в воздухе в радиусе от двух до шести метров, а затем осаждаются на пол или предметы. При этом, все микобактерии могут длительно оставаться жизнеспособными.

Контактное заражение происходит при поцелуях, через носовые платки зараженного человека, через одежду, посуду, постельное белье и все вещи, на которые могла попасть мокрота. Также можно заразиться туберкулезом от животных, как при непосредственном контакте с ними, так и употребляя продукты: молоко, мясо.

Кроме того, встречаются случаи заражения через конъюнктиву глаза детей, подростков и взрослых. Заражение через кожу встречается достаточно редко.

Чаще всего описываются случаи, когда заболевают доярки при проникновении микробов через поврежденную кожу рук от больных коров. Существует возможность заражения заболеванием внутриутробно.

Это возможно при инфицировании плаценты во время родов. Но такой путь заражения встречается довольно редко.

Факторы, влияющие на развитие болезни

Туберкулез часто развивается, если болезни способствуют определенные благоприятные факторы. Основными причинами развития заболевания являются:

  • ослабленный иммунитет;
  • подверженность организма инфекциям и простуде;
  • наличие хронических заболеваний;
  • нарушение работы эндокринной системы.

К дополнительным факторам следует отнести неблагоприятные социальные и бытовые условия, несоблюдение элементарных гигиенических норм.

Важно помнить, что пребывание в одном помещении с инфицированным человеком длительный период значительно увеличивает шанс проникновения в организм инфекции и ее развитие. Поэтому необходимо в любом помещении проводить регулярную тщательную уборку, а также проветривать все комнаты.

Еще один дополнительный фактор – врожденные патологии. В этом случае подразумевается то, что организм человека с врожденными патологиями более подвержен вирусам и инфекциям.

Следует отметить и то, что употребление алкоголя, курение, постоянные стрессы и отсутствие достаточного количества питательных веществ также являются факторами, способствующими развитию болезни.

Причины поражения легких

Туберкулез легких – это не наследственное заболевание. В основном, у больных родителей рождаются совершенно здоровые дети. Если же родители игнорируют болезнь и не лечатся, то у ребенка появляется большая вероятность развития заболевания.

Наиболее часто бактерия туберкулеза передается воздушно-капельным путем от одного к другому человеку. Когда больной человек начинает кашлять, мокрота попадает в воздух и оседает на бытовые предметы.

При этом, в высохшей мокроте микробы долго сохраняют жизнеспособность.

Заражение возможно через посуду, постельное белье и прочие бытовые предметы. Поэтому, основным путем попадания в организм человека бактерий туберкулеза являются легкие.

Первичная инфекция

Первичный туберкулез легких возникает при заражении микобактерией здорового человека. Это значит, что человек впервые заболел. Клинические характеристики форм туберкулеза легких имеют существенные отличия. Если имеется малейший очаг, где нашла себе место палочка Коха, то болезнь может проявлять себя по-разному.

Вторичная инфекция

Вторичная форма (инфильтративный туберкулез) может развиваться при повторной активизации болезни из первичного очага. При очаговом туберкулезе легких, клинические проявления могут быть абсолютно разными, и могут поражать любые органы человека.

Появление внелегочного туберкулеза

Внелегочный туберкулез возникает при длительных заболеваниях органов человека. При этом, имеются в виду заболевания, которые не поддаются лечению. Чтобы поставить точный диагноз, пациент направляется на консультацию к фтизиатру и сдает ряд необходимых анализов.

Внелегочный туберкулез излечим в случае своевременного и правильного лечения. Это лечение должно проходить строго под контролем врача.

Нервная система

Туберкулез нервной системы возникает, когда палочка Коха попадает в сосуды головного мозга. При заражении нарушается кровоснабжение мозга, повышается внутричерепное давление, возможен отек мозга. Человек становится более раздражительным, чем обычно, наблюдается постоянная усталость. Также присутствуют головные боли.

Костно-суставный туберкулез

Позвоночник и кости таза поражаются бактериями чаще всего. Если воспалительный процесс не вышел за пределы кости, то у человека может наблюдаться незначительная боль. Если же туберкулез распространится на сустав, то человек может ощущать сильные постоянные боли и чувствовать ограничения в движениях.

Пораженная кость становится очень хрупкой, а это значительно повышает риск перелома, даже при малейшем повреждении.

Мочеполовая система

Симптомы поражения почек, половых органов – матки, яичников, яичек и мочевыводящих путей очень схожи с симптомами других заболеваний мочеполовой системы. Поэтому диагноз ставится урологом, гинекологом и нефрологом совместно с фтизиатром.

Поражение кожи

Поражение кожи возникает зачастую при первой встрече человека с микобактериями туберкулеза. У человека изменяется цвет и структура кожи, появляются гнойные ранки и подкожные лимфоузлы.

Заражение ЖКТ

Чаще всего поражается тонкий кишечник и слепая кишка. Болезнь может развиться после употребления в пищу продуктов, которые заражены возбудителями туберкулеза, например, молочные продукты.

На ранних этапах туберкулеза лимфатической системы бывает умеренное воспалительное изменение лимфоузлов, без боли и не вызывает повышения температуры тела. При прогрессе болезни поражаются гнойным процессом лимфоузлы, развиваются свищи. Именно это представляет эпидемиологическую опасность для здоровых людей.

Психосоматика инфекции

Туберкулез является одним из наиболее опасных заболеваний человечества. Обратить внимание на психосоматику этого заболевания заставила не очень хорошая статистика.

Несмотря на всевозможные обследования и профилактические мероприятия, процент заболеваемости уменьшился всего лишь на 5-10 процентов. Психологи и психотерапевты пришли к выводу, что негативные эмоции и постоянные стрессы провоцируют развитие туберкулеза.

Люди не хотят воспринимать реалии мира, не позволяют себе дышать полной грудью и наслаждаться жизнью.

Причины рецидивов

Риск рецидивов присутствует всегда, поэтому важно постоянно укреплять иммунную систему, и при необходимости, проходить курс, направленный против рецидива. Чаще всего, рецидивы туберкулеза возникают при недостаточном лечении, или же тогда, когда болезнь протекает практически бессимптомно.

Генетический аспект

«Передается ли туберкулез по наследству?» – этот вопрос волнует практически каждого человека, связанного с этим заболеванием. Генетически возможна передача склонности к формированию туберкулеза и поражению органов. В этом случае при заражении организма микобактериями, закрытая форма туберкулеза быстрее перерастет в открытую.

Генетическая предрасположенность проявляется у каждого человека еще с самого начала жизни и имеет определенные симптомы: заболеваемость, постоянное недомогание и прочее.

Если говорить конкретно, то туберкулез по наследству не передается, не считая тех людей, у которых есть определенные гены к данной болезни. Если они присутствуют у одного родителя, то есть вероятность, что ребенок их унаследует. Но это касается и генов, которые, наоборот, устойчивы к туберкулезу. То есть, в этом случае болезнь ребенку не грозит.

Фурманова Елена Александровна

Специальность: врач педиатр, инфекционист, аллерголог-иммунолог.

Общий стаж: 7 лет.

Образование: 2010, СибГМУ, педиатрический, педиатрия.

Опыт работы инфекционистом более 3 лет.

Имеет патент по теме «Способ прогнозирования высокого риска формирования хронической патологии адено-тонзиллярной системы у часто болеющих детей». А также автор публикаций в журналах ВАК.

Источник: https://FoodandHealth.ru/bolezni/prichiny-tuberkuleza/

В российских тюрьмах последствия коронавируса могут оказаться катастрофическими мы спросили экспертов, что с этим делать и не нужно ли выпустить заключенных

Все ли болеют туберкулезом в тюрьме

Из-за эпидемии коронавируса Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН) запретила заключенным свидания с родственниками, а также пообещала, что если в колониях появятся заболевшие, их госпитализируют в гражданские больницы.

Правозащитники, в свою очередь, призывают отпустить обвиняемых в нетяжких преступлениях из СИЗО, чтобы снизить риск распространения вируса, — подобные меры уже предприняли в Иране и в некоторых штатах США.

«Медуза» спросила у членов и правозащитников, что будет, если коронавирус проникнет в места лишения свободы, и не нужно ли выпустить заключенных, чтобы избежать их массового заражения.

Альберт Зарипов

член ОНК Татарстана

Если у нас даже гражданские больницы не готовы к массовым вспышкам, то что говорить о тюремных? Это не санатории-профилактории, места изоляции, разумеется, не готовы к массовому заболеванию коронавирусом.

Я надеюсь на то, что в исправительные колонии вирус все-таки не занесут. Сейчас ввели ограничительные меры для свиданий, я это целиком поддерживаю. Ограничили даже короткие свидания, которые проводятся по телефону за стеклом.

Значит, решили действовать по максимуму, но это хорошо. 

Те, кто находится в местах лишения свободы, более защищены, чем люди на свободе. Но если вирус, не дай бог, просочится, то это может произойти через следственные изоляторы, куда доставляются люди, которые были задержаны недавно. И если кто-то заразится, то заболеют все и смертность будет высокая.

Все зависит от региона, в каждом из них своя система. Где-то, конечно, умолчат, закроют в штрафной изолятор, выживет не выживет, и если умрет, поставят какой-нибудь непонятный диагноз. Где-то, наоборот, сделают все, чтобы взять анализы, протестировать на коронавирус.

Если на свободе вдруг все заболеют этим вирусом, всем тоже не хватит ИВЛ. Конечно же, в тюрьмах тоже никто не был к этому готов, не знал, что что-то случится, что надо закупать ИВЛ, и сейчас тоже не пойдешь, не купишь их просто так. Если заболеет один-два человека в колонии, то их смогут нормально лечить, если 100–200, то уже нет. 

В колониях многие болеют ВИЧ и туберкулезом. Но официально нет информации, насколько опаснее людям с ВИЧ и туберкулезом болеть коронавирусом. При ВИЧ многие умирают от пневмонии, поэтому в причине смерти поставят СПИД, а не коронавирус, даже если человек им болел, и выявлять-то, наверное, его никто не будет. 

Если ситуация будет ухудшаться и будет дефицит продовольствия, то, чтобы не кормить заключенных, их можно выпустить на какое-то время. Но для профилактики коронавируса самое эффективное — закрыть колонию на карантин, и, повторю, тогда места безопаснее не найти.

Нужно остановить все этапы, выделять в следственных изоляторах специальные места для вновь прибывших, чтобы ограничить контакт. Кроме того, предпочтительнее отправлять людей под домашний арест, чем сажать в изолятор. Больше внимания нужно уделить и сотрудникам ФСИН: проверять температуру, а не верить на слово, что они себя нормально чувствуют.

Ева Меркачева

член ОНК Москвы, член президентского совета по правам человека

Если возникнет заражение в местах лишения свободы, остановить это будет очень сложно, потому что, в частности, в СИЗО большая скученность, у людей пониженный иммунитет. Они не могут есть то, что они бы ели дома, витаминов не хватает, плюс стресс. Поэтому распространение заболевания будет моментальным, если это произойдет. 

Как изолировать заболевших и тех, кто с ними контактировал — если количество одиночных камер в СИЗО ограничено, — неясно. В каждом СИЗО, рассчитанном на 2000 человек, это 20–30 камер. В Москве только одна больница в СИЗО — в Матросской Тишине, — а в регионах некоторых одна больница на область. 

Есть еще и тяжелые категории — это в первую очередь больные ВИЧ. Очевидно, что если пойдет заражение, первые, кого надо будет спасать, — это они. Вторая категория — это туберкулезные больные и старики. Как ни странно, у нас очень много стариков за решеткой. Эти люди самые незащищенные, спасти их будет очень сложно. 

Единственный вариант — это полностью изолировать СИЗО и колонии. В колониях проще, им уже запретили свидания. В СИЗО это сложнее, потому что люди там находятся до приговора и с ними должны проводиться следственные действия, иначе зачем они там сидят? Без этого их надо выпускать тогда.

Они там не отбывают наказание, а сидят на время расследования преступления, они еще не виновны. По-хорошему, всех, кто сейчас в СИЗО, надо отпускать. Если не отпускать и при этом не проводить следственные действия, то это время в изоляции надо как-то потом учитывать по-особому, день за десять.

Потому что в это время вообще ничего не будет происходить.

Температурный контроль, который ввели во многих СИЗО, вообще не показателен. Вот зашел человек с улицы, ему меряют, а у него . И это ни о чем не говорит, это все очень условно. Но и отказаться полностью от сотрудников никак нельзя. Если доводить их количество до минимального, тогда им надо тоже жить в СИЗО, чтобы быть изолированными от внешнего мира. 

Чем еще опасна нынешняя ситуация? В пенитенциарной системе всегда есть риск насилия. Мы не знаем, как будут себя вести заключенные даже друг с другом. Вдруг, например, одна группа заключенных начнет качать права и прессовать другую группу — кто будет вмешиваться? Без сотрудников тут никак.

Но сотрудники тоже в стрессе, и если они сами начнут проявлять жестокость, то остановить пытки и установить, что они были, будет невозможно, потому что прокурор не зайдет туда — карантин, члены ОНК тоже, адвокаты тоже. В полной изоляции могут такое устроить, что потом никогда ни за что не поправить.

С любой стороны получается, что тюрьмы — самое опасное место. 

Заявление ФСИН популистское, никаких тестов на коронавирус никто до сих пор в СИЗО не видел. Там лекарств и марлевых повязок даже не хватает.

И в какую больницу вывозить больных из мест лишения свободы? Какая гражданская больница примет заключенных? Любой заключенный в гражданской больнице находится под конвоем.

Где найти столько сотрудников? Как страна не готова к коронавирусу, так и тюремная система тоже. 

Мы в СПЧ активно обсуждаем, что делать с местами лишения свободы сейчас. Кто-то предлагает срочно доложить напрямую президенту о ситуации и попросить освободить часть заключенных по нетяжким статьям.

Кто-то предлагает обратиться в парламент, чтобы там инициировали закон, который позволит президенту своим указом освобождать отдельные категории в случае чрезвычайных ситуаций. Но это может быть очень долго процедурно.

Кто-то категорически против освобождения кого-либо, потому что считает, что в тюрьмах у нас сидят несознательные граждане и как только их освободят, они будут источником распространения инфекции, потому что они не станут соблюдать карантин. Пока что мы застряли в своих обсуждениях. 

Я полагаю, что нужно действовать скорее, потому что последствия могут быть необратимыми. 

Анастасия Коптеева

руководитель Забайкальского правозащитного центра, партнер «Зоны права»

Я уже более 20 лет работаю со сферой тюремной медицины. Тюремные врачи толком не научились лечить такие известные и распространенные заболевания, как пневмония, туберкулез, гепатит и ВИЧ-инфекция.

При ВИЧ некоторым заключенным даже долгое время не могут выявить болезнь и советуют полоскать горло перекисью водорода с водой, потому что других лекарств нет.

Поэтому я с большим трудом представляю, как система ФСИН собирается победить коронавирус, если он проникнет за решетку. Все упрется в несовершенство и неповоротливость этой системы. 

В постановлении ФСИН от 18 марта говорится, что в случае выявления коронавируса у лиц под стражей, их будут лечить в гражданских клиниках. Я могу сказать по собственному опыту, что госпитализация обвиняемых и осужденных в обычные клиники — это невероятно сложно. Сначала руководство медико-санитарной части должно найти клинику, которая согласится к себе взять такого больного.

В условиях эпидемии, скорее всего, больницы и без того [будут] переполнены. Не думаю, что там обрадуются такому контингенту. Во-вторых, встанет вопрос финансовый, потому что, чтобы поместить заключенного в гражданскую клинику, ФСИН должна заключить договор по оплате госпитализации. Но самый сложный вопрос — вопрос конвоирования.

Для конвоя одного заключенного как минимум выставляют 4–6 человек. А во многих колониях и СИЗО существует острая кадровая нехватка. На все согласования уходили по моему опыту недели, а то и месяцы. Нам говорили, что нет конвоя и нет возможности этапировать. Кроме того, нужно обеспечить защиту конвоя тоже, а у нас в гражданских-то больницах в Забайкалье нет защитной одежды.

И конвой же должен находиться рядом с больным круглосуточно.

По моему опыту всех больных из неволи, когда их привозили в гражданские клиники и помещали в палату, всех до единого приковывали наручниками к кроватям.

Был случай, когда молодого парня Ивана Шайдулина, обвиняемого в краже и заболевшего опухолью мозга в четвертой стадии, привозили в больницу и проводили лучевую терапию в наручниках.

А из-за этого больной не может никуда повернуться и образуются пролежни. Думаю, если провести аналогию с больными коронавирусом, все было бы точно так же. 

Мы получаем жалобы от заключенных, что тюремные камеры по-прежнему остаются переполненными. С учетом того, что до сих пор в системе ФСИН не существует изоляции больных от здоровых и есть случаи, когда человек попадает в тюрьму и заражается туберкулезом, гепатитом, то нельзя исключить, что может случиться и массовое заражение коронавирусом. 

Реальный случай — парня из Чечни отправили отбывать наказание в Забайкалье. Он сразу заболел и заразился туберкулезом. Болезнь развилась до такой степени, что ему требовалась операция по удалению шести пораженных ребер. Мы настаивали на том, чтобы его увезли во фтизиопульмонологический центр в Чите.

Во ФСИН отказали, сказав, что в системе есть своя больница для лечения туберкулеза. В итоге этого тяжелобольного, умирающего парня этапировали в столыпинском вагоне, повезли в Астраханскую область. Он ехал туда два месяца в нечеловеческих условиях. Его прооперировали и, не дав ему пройти реабилитацию, этапировали обратно.

Он провел в пути в общей сложности четыре месяца, и как он выжил, вообще неясно.

Если такое происходит с известными болезнями, по которым уже давно существуют стандарты и протоколы, рекомендации ВОЗ, практика ЕСПЧ, то я с трудом представляю, что они будут делать с коронавирусом. ФСИН — это чрезвычайно закрытая система, и мы можем вообще никогда не узнать, что там люди заболели и умерли от коронавируса.

Смерть человека в изоляции могут списать на что угодно. Я считаю, что в первую очередь нужно решить кадровую проблему отсутствия врачей-инфекционистов. Таких врачей в системе ФСИН можно по пальцам пересчитать, они на вес золота.

Почему в тюрьмах не могут лечить туберкулез и ВИЧ? В том числе потому что врачей нет, особенно в отдаленных колониях. 

Нужно также поднимать вопрос о медикаментах и медицинском оборудовании. Я не берусь сказать, если ли аппараты ИВЛ в тюремных больницах. В профильных туберкулезных учреждениях они могут быть в незначительном количестве, но что касается медико-санитарных частей, которые есть при каждом учреждении, то их там нет, конечно.

Записала Фарида Рустамова

Источник: https://meduza.io/feature/2020/03/20/v-rossiyskih-tyurmah-posledstviya-koronavirusa-mogut-okazatsya-katastroficheskimi

Как борются с туберкулёзом в местах лишения свободы

Все ли болеют туберкулезом в тюрьме
Туберкулёз десятилетиями считался болезнью нищих и заключённых. Плохая еда и большое скопление граждан в одном месте способствовали тому, что спящая палочка Коха начинала пожирать человека изнутри. В последние годы, правда, претензий к местам заключения всё меньше.

Теперь в большинстве случаев именно там происходит самая ранняя диагностика туберкулёза.   Передвижная флюорографическая установка в симферопольском следственном изоляторе.

Лидия ВЕТХОВА

Конечно, скученность заключённых в одной камере СИЗО или в бараке колонии по-прежнему остаётся фактором риска при распространении туберкулёза.

И хотя далеко не все преступники дожидаются решения своей невесёлой участи в следственном изоляторе, суды выносят всё чаще наказания, не связанные с лишением свободы, ежегодно государство проводит амнистии (в том числе и для больных туберкулёзом), но спецучреждения ФСИН по всей России в большинстве своём переполнены.

Конечно, где-то всего на несколько десятков человек, а где-то доходит и до 200%. Вот среди тех, кто дышит друг с другом одним спёртым воздухом камеры, где трудно соблюдать более или менее санитарно-гигиенические условия, и просыпается палочка Коха. Кто-то принёс её с воли, даже ещё не зная, что она точит его здоровье, кто-то болеет давно, но благодаря лечению она не так активна. 

Скажем сразу: в СИЗО или колонию категорически запрещено принимать потенциальных заключённых с активной формой туберкулёза – руководство вправе отказаться. И даже иногда отказывает. Ибо «больничка» редко бывает не переполнена уже «отбывающими» сидельцами. На тысячи-полторы спецконтингента пара десятков человек даже по теории вероятности чем-то больна и занимает койки в санчасти.  

Существуют три основные стратегии выявления случаев туберкулёза в тюрьмах – обследование при поступлении в тюрьму, активное выявление среди осуждённых и выявление при обращении заключённого в санчасть с другими жалобами.

86% больных туберкулёзом при поступлении в СИЗО даже не знают о своём диагнозе. А ещё более половины сидельцев страдают хроническими заболеваниями: ВИЧ-инфекцией, алкоголизмом, наркоманией, что тоже осложняет ситуацию.

 

273 человека умерли, по данным Крымстата, в  прошлом году в Крыму от туберкулёза. 205 из них – мужчины.

Сомнительные перспективы

В первые три дня с момента поступления заключённых в следственный изолятор им в обязательном порядке делают флюорографию с последующим интервалом раз в 6 месяцев. До получения результатов эти арестанты должны находиться в камерах сборного отделения.

А вот в общую камеру их переводят при отсутствии изменений на ФЛГ. Следственно-арестованных же с подозрением на активный туберкулёз изолируют из сборного отделения в изоляторы медчасти СИЗО, в так называемый тубблок.

Кстати, для лечения «на воле», в специальной больнице таких заключённых этапировать должны незамедлительно. 

А вот если больного переводят из одного учреждения в другое, лечащий врач несёт ответственность за заполнение всех необходимых для перевода документов и занесение результатов лечения в журнал регистрации больных туберкулёзом в том учреждении, где пациент и был первоначально зарегистрирован. 

Ближайшие – в Краснодаре

Кстати, отбывают наказание, вынесенное судом, больные активной формой туберкулёза в специальных колониях, которые именуются лечебно-исправительными учреждениями. Там они получают и противотуберкулёзную терапию, и специальное усиленное питание, что установлено законодательством.

На территории Крыма таких учреждений нет, ближайшие два ЛИУ для преступников-пациентов находятся в Краснодарском крае. А ещё наиболее больных с самыми тяжёлыми формами туберкулёза могут «актировать», говоря прямо, отправить на свободу умирать.

К тому же при любых объявленных амнистиях заключённые с туберкулёзом попадают под их действие чуть ли не в первую очередь. И выходят на волю вместе со своей отнюдь не волшебной палочкой Коха. 

В Крыму есть медсанчасть № 91, которая и осуществляет противотуберкулёзную помощь подозреваемым, обвиняемым и осуждённым в соответствии с действующим законодательством РФ в области предупреждения распространения туберкулёза. В неё входят три филиала, обеспеченные флюорографическим оборудованием, как стационарным, так и передвижным. Рентгенологическая служба, предусмотренная штатным расписанием, укомплектована.

При установлении диагноза «туберкулёз лёгких» лица, содержащиеся в учреждениях, до отправки в спецучреждения незамедлительно переводятся в отдельные помещения.

На территории всех учреждений организованы изоляторы для содержания граждан, имеющих этот невесёлый диагноз.

МСЧ-91, по словам руководства УФСИН Крыма, в полном объёме обеспечена противотуберкулёзными препаратами для лечения больных и профилактики.

Лекции о предупреждении распространения туберкулёза включены в план санитарно-просветительной работы МСЧ. А ещё сотрудники филиалов проводят профилактические беседы на тему предупреждения распространения этого заболевания. 

ФСИН РФ заявила о снижении за год смертности от заболеваний среднем на 12%, в том числе от туберкулёза на 54 %, сердечно-сосудистых заболеваний – на 2,3%, от онкологических заболеваний – на 13,4% и т. д. 

В структуре ФСИН 673 медчасти, 143 фельдшерских и 57 врачебных здравпунктов, 55 центров медицинской и социальной реабилитации, 73 военно-врачебные комиссии, 72 центра санитарно-эпидемиологического надзора, 144 больницы (в том числе 65 туберкулёзных), пять психиатрических больниц, восемь больниц для оказания медпомощи сотрудникам ФСИН РФ.

Источник: https://gazetacrimea.ru/news/sovsem-ne-volshebnaya-palochka-25499

Хороший врач
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: